Глава Восьмая

Вдруг достаточно неожиданно свое мнение решил высказать Улоф. Понимая, что возиться с «трупом» придется ему одному, он спросил:

— Зачем в море? Он уже все равно никому ничего не расскажет.

Дискуссия могла затянуться надолго, но мнением Алекса в этой ситуации никто не интересовался.  От боли сознание хотело выключиться, но Смоллетт не мог этого допустить. Он понимал, что он абсолютно один и отключаться нельзя, иначе завтра его не найдет никто: ни администрация отеля, ни полиция, ни даже Мартин Борн.

«Держись, Летти, — сказал сам себе Алекс, неожиданно назвав себя именем, которое однажды спасло ему жизнь. – Держись, иначе завтра ты и сам себя не найдешь».

Неожиданно Смоллетт почувствовал, что кто-то наклонился над ним. Алекс перестал дышать, благо искусством не дышать по несколько минут он владел в совершенстве.

— Точно забил. Он совсем не дышит, — Алекс по голосу узнал Роя, который продолжал настаивать. — Его нельзя оставлять. Труп надо выбросить в море.

— Вот заладил. Труп надо выбросить, труп надо выбросить, — передразнил Роя Билли. Он был главный и понимал, что именно на нем лежит ответственность за происходящее, — сначала надо бы попробовать выяснить из кого мы сделали труп. А то есть трупы, которые с того света такие приветы присылают, мало не покажется. Лучше посмотри, может у него какие-нибудь документы или вещи в карманах есть.

Рой опять наклонился над Алексом, но тут внезапно где-то вдалеке раздался смех и громкие не сильно трезвые голоса. На то, чтобы отнести «труп» в лодку времени уже не было, поэтому Билли резко и твердо сказал:

— Валим отсюда. Завтра со всем разберемся.

С чем или кем бандиты собирались разбираться завтра, Алекс не понял, но он понял главное: его противники покинули поле боя. Их лодка почти бесшумно отплыла от берега. И только тогда Алекс вздохнул и на некоторое время потерял сознание, которое вскоре вернулось к нему, чтобы напомнить, что лежать здесь до утра он никак не может, нужно!, просто необходимо! из последних сил уходить отсюда.

Выбравшись из домика спасателей, Алекс упал в морской прибой. У него не было сил встать и идти. От прохладной морской воды становилось легче, колокола, которые звенели на все лады в голове, начали понемногу затихать. А мысли, наоборот, начали проявляться более четко.

Смоллетт понимал, что помощи ждать ему просто не откуда. Никто кроме него не знал, что происходит в отеле и вокруг. Да и сам Алекс пока четко не понимал, в какую игру ввязался, и сколько на поле играет команд. Ему было необходимо понять, сейчас от него хотели избавиться как от простого свидетеля событий около кухни отеля или как от потенциального противника? Пока получалась какая-то игра в жмурки в темной комнате.

Алексу совсем не хотелось вставать. Прохладные нежные волны успокаивали и возвращали к жизни.