Глава Третья

Иногда, и Алекс это видел сам, машины с затемненными стеклами въезжали прямо в подземный гараж, куда персонал конторы доступа не имел, а из гаража лифт поднимал клиентов прямо в кабинет Мартина. О чем там велись переговоры, никто не знал. Но после таких визитов Борн обычно доставал чистый лист бумаги, рисовал на нем только одному ему понятные схемы и стрелочки, затем листок выкидывался, и в кабинет вызывались определенные сотрудники.

Сотрудников в конторе было совсем не много. В приемной уже много лет властвовала Элизабет Нортон. Уникальная женщина, которая делала приемную неприступной крепостью перед кабинетом шефа, но, не напрягая, а наоборот нежно и даже ласково встречая всех посетителей. Она производила впечатление ужасной болтушки, постоянно рассказывая всякие истории из жизни, новости из газет и сплетни из глянцевых журналов. Она могла часами говорить о чем угодно, но никогда ни разу никто не слышал, чтобы она рассказывала о своей работе.

Однажды Алекс, работая уже много лет на Борна, позволил себе задать Элизабет вопрос, откуда она берет ту информацию, которой с большим удовольствием делится со всеми. И Элизабет, посмотрев Смоллетту в глаза, серьезно сказала, что каждый день утром за чашкой кофе и вечером перед сном  тратит не менее двух часов на чтение утренних и вечерних газет и журналов.

— Моя работа в первую очередь заключается в том, что я должна знать все: кто и что, о чем и о ком говорит в мире. А приятным дополнением к этому является то, что я умею варить кофе, работать на компьютере и разговаривать по телефону.

Ответ был таким же обстоятельным, как и сама Нортон. Она не просто знала все, она умудрялась еще к тому же ничего  никогда не забывать.

«Маленькая карманная энциклопедия» так иногда Мартин называл Элизабет. Она была для него значительно больше, чем просто верный секретарь. Их связывала многолетняя нежная дружба, которую они не осложняли ссорами, ревностью или выяснениями отношений. Иногда они вдвоем уезжали в только им понятные служебные командировки, а дня через три они обычно возвращались весьма довольные собой.

Алекс, зная очень непростой характер своего друга, трепетно относился к Элизабет, иногда просто преклоняясь перед ее преданностью и терпением. Но все эти чувства он держал при себе, так как никогда не обсуждал с Мартином его отношения с этой женщиной. Алекс Смоллетт был твердо уверен в том, что личная жизнь должна быть действительно личной, и она не нуждается ни в проблемных семинарах, ни в психологических тренингах даже со стороны очень близких людей.

Еще в конторе Мартина постоянно работали три сотрудника, но заговорить с ними было значительно сложнее, чем со случайно оказавшимся на Земле инопланетянином.

Запись опубликована в рубрике Оглавление с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.